...Согласен, но мне кажется что тут обобщенная информация т.е. статистика для анализа не нужна. Кому доказывать и что? Кому надо – и так все знает. Остальным неинтересно. Сошлись кривые деградации работника и износа оборудования – это банальность для каждого на своем рабочем месте. Но такой статистики и нет. Эти параметры никто не учитывает. Они при финкапе не то что не оцениваются – их не существует. Сегодня такая статистика мало что не нужна – она опасна.
Оцениваем динамику уровня производства. Если взять раскладку по годам производимой продукции то будет видно что 20 лет при неизменном оборудовании технологический уровень падает, и падает он только за счет снижения качества носителей технологии – трудовых коллективов. В открытых источниках такой информации нет. Информация из закрытых источников даст не только конкретные показатели для анализа качества продукции, но и обобщенные показатели, расхождение которых с официальной статистикой вскроет коммерческие схемы поставок. Например, по официальной статистике экспортируется продукция с высокой добавленной стоимостью и низкими таможенными пошлинами, а реально – с низкой добавленной стоимостью. Предприятие уклоняется от уплаты таможенных пошлин и таким образом обманывает государство.
Оцениваем отказоустойчивость оборудования. По бумагам все плановые ремонты проведены и запас времени по наработке на отказ есть. В реальности ничего не делалось и не оплачивалось. Только проводилось по бумагам. Но на суммы «потраченные» на ремонт снизилась налогооблагаемая база. То есть завод «сэкономил» на налогах.
Делаем вывод, что все кругом жулики, а я один честный. Напиваемся с горя и объясняем происходящее ущербным менталитетом русского народа. Проспавшись, понимаем что объективно в условиях финансового капитализма промышленное предприятие работает как финансовый инструмент, в том числе как инструмент налоговой оптимизации. Если предприятие будет поддерживать и развивать производственную базу, платить все налоги и т.д. – оно не выживет при таких дорогих деньгах.
Решаем встать на путь борьбы и обнародуем собранные данные. Правдивая статистика попадает в руки конкурентам, они относят в милицию денежку и руководство завода сажают. Получаем по репе бейсбольной битой и успокаиваемся.
Фантастический вариант – сажают всех, коррупция побеждена, промышленность работает честно, не уклоняется от налогов и не дает за это взятки чиновникам, все ремонтирует, обучает персонал и т.п. «Мир на земли и в человецех благоволение …» Остаемся без промышленности потому что она не нужна. То есть обществу она нужна, а отдельно взятому банку как финансовый инструмент не нужна. Она безнадежно убыточна. Абстрактную задачу борьбы с коррупцией решили, но вылезла другая задача – кто будет финансировать промышленность? Коммерческие банки не будут, других банков нет.
Получив по репе не лезем в статистику, боимся. Видим одноразовые шприцы в туалете цеха в котором каждая вторая единица оборудования – опасный промышленный объект. Понимаем что на заводы идут отбросы, те кто не нашел места в офисе хотя бы охранником. И выясняем что это никого не волнует выше начальника цеха. Потому что если грохнет – до него точно долетит. Сталкиваемся с аварией по вине персонала, которая описана во всех учебниках и которая последний раз была в 1927 году, когда на заводы приходили из деревни натуральные папуасы. И узнаем что специалисты на пенсии, а заменяют их дети перестройки, чье отрочество пришлось на веселые 90-е. По уровню такие же папуасы как в 20-х. Продолжаем пить.
ПМСМ главный вопрос – не в уровне квалификации рабочего и не в сроке работы оборудования. А в объективных условиях существования промышленности. Финкап живет за счет того что уничтожает предыдущий индустриальный уклад, не давая ничего взамен. Но общественного субъекта (класса) которому можно это объяснить, чтобы он изменил ситуацию, я не вижу. Точнее той массы (множества) которая хотела бы стать субъектом преобразований, классом.